Людмила Улицкая: «Я написала обо всем, о чем хотела»

Людмила Улицкая встретилась со своими петербургскими читателями в Библиотеке имени М. Ю. Лермонтова. Зал особняка Мусиных-Пушкиных был, что называется, битком набит – в гардеробе не хватило номерков, а в зале стульев, причем пришли люди самых разных возрастов.

Людмила Улицкая говорила о своем новом романе «Зеленый шатер», который «писала пять лет, не халтурила», но поначалу относилась к нему как к сборнику рассказов, который «в процессе написания сделался романом». «Зеленый шатер», по словам писательницы, оказался для нее единственным романом, который «написан чуть-чуть под заказ», причем самой себе.

Людмила Евгеньевна рассказала, что в последние годы, общаясь с молодыми людьми, не раз слышала о том, что «за все безобразия позднесоветского периода несет ответственность не власть, а «шестидесятники». «Эта точка зрения всегда выводила меня из себя, – говорит Улицкая, – я сама, родившаяся в 1943 году, могу отнести себя к поздним «шестидесятникам», я написала ее, чтобы снять неоправданные обвинения моему поколению».

Тема «нормального человека в ненормальной стране», тема становления, инициации молодого человека звучит в этом романе. Улицкая на встрече с читателями радовалась, что ей всю жизнь «ужасно везло с людьми», вспоминала Наталью Горбаневскую и Юлия Даниэля, говорила о том, что сама она не принадлежала к диссидентам, но «на кухнях наблюдала прекрасных людей времени».

«Буду рада, если об этом времени напишут лучше, чем я, почти сорок лет прошло, прежде чем я смогла взяться за эту тему», – сказала Людмила Улицкая. Она говорила и о том, что для нее лично крайне важна и тема «не вынесения осудительных приговоров», ведь кому-то удавалось, а кому-то – нет «отстоять свое личное достоинство перед лицом того государства».

Кстати, по словам Людмилы Евгеньевны, роман уже переведен на целый ряд европейских языков, но… под другим названием. «Он называется «Имаго» – по одноименному рассказу романа, где речь идет тоже об одной из важнейших тем в творчестве Улицкой – теме взросления.

«Имаго» – в биологическом смысле (а Улицкая по профессии генетик) – это индивидуальная стадия развития насекомых. Это невзрослая особь, способная есть и размножаться. «Общество, в котором мы живем, – это общество невзрослых людей, общество потребляющих, – вот я однажды, выступая перед аудиторией молодых и весьма успешных менеджеров, говорила об этом. И тут при абсолютной и довольно напряженной тишине из зала раздался голос: «То есть это все мы?», – вспомнила Улицкая, – и этот вопрос, осознанный вопрос к самому себе – взрослый я человек или личинка?»

Улицкой задавали множество самых разных вопросов, очень волновало ее личное отношение к экранизациям произведений. Улицкая, которая сама имеет хороший опыт написания разнообразных сценариев, сказала, что своих экранизаций не любит, но удачным считает сериал по «Казусу Кукоцкого», созданный Юрием Грымовым: «Это настолько хорошо, насколько проза переложима на язык кино». Согласна Людмила Евгеньевна «работать на любой площадке» с театральным режиссером Анджеем Бубенем. Это он поставил на сцене Театра сатиры на Васильевском и «Русское варенье», и «Даниэля Штайна».

О творческих планах Улицкая сказала просто: «Я написала обо всем, о чем хотела». Она недавно закончила необычный сценарий – «на перекрестке средневекового искусства и современной науки», но западная кинокомпания, которая его заказала, по каким-то причинам не взяла. «Жду, что кто-то возьмет», – сказала Людмила Евгеньевна. Сейчас она перечитывает все свои книги – «подчищаю хвосты», готовит сборник эссе и выступлений. Общаясь с читателями, Улицкая заметила, что «на Западе и в России видит одни и те же лица» – учителя, библиотекари, музейные работники похожи, хоть здесь, хоть даже в Японии.

Улицкая нечасто бывает в Петербурге – примерно раз в три года. Утро того дня, когда она встречалась с петербургскими читателями, она провела в Эрмитаже. А вообще для нее наш город четко разделяется на зимний и летний. Когда-то давно ей довелось здесь прожить во время работы над курсовой в Петергофе, в Биологическом институте. Ездила летом из пригорода в город. Летний Петербург полюбила. А вот зимний тяжек – отсутствие света и тяжелая влажность. Впрочем, как сказала Улицкая, «Москва сейчас вообще невозможна для жизни».

 

Оставьте первый комментарий

Отправить ответ

Ваш e-mail не будет опубликован.


*